Почти половину комнаты занимал мягкий пол. Здесь, в Ехо, считается, что именно так и должна выглядеть кровать. Несколько крошечных инкрустированных столиков нестройными рядами окружали это «пристанище ленивого». Одна из стен представляла собой огромное окно в сад. У противоположной стены располагалось старинное зеркало, сбоку от которого приютился маленький туалетный столик.

Хорошо, если бы этим дело и ограничивалось. Но был в спальне еще один предмет обстановки, совершенно неуместный. На полу между зеркалом и окном лежал труп. Мертвое тело, больше всего похожее на жевательную резинку, сплюнутую после длительного употребления. Зрелище даже не было ужасным. Оно было нелепым, гротескным, несуразным. Это как-то не вязалось с моими представлениями о несчастных жертвах преступлений: ни потоков крови, ни разбрызганных мозгов, только какая-то жалкая жвачка. Сэра Джуффина я заметил не сразу: он забился в самый дальний угол комнаты. Его раскосые глаза фосфорецировали в полумраке (или у меня разыгралось воображение)… Завидев нас, Джуффин покинул свой пост и подошел с озабоченным лицом.

– Две плохие новости, пока… Думаю, позже будет больше. Первая: это не заурядное убийство. Голыми руками парня до такого состояния не доведешь. И вторая: я не обнаружил никаких следов Запретной магии… Это зеркало у меня на большом подозрении, поскольку находится слишком близко к телу. Но при его изготовлении использовалась черная магия максимум второй ступени, ну, самое большее, третьей. И это было очень давно… – Джуффин задумчиво повертел в руках курительную трубку, в которую был вмонтирован своего рода «индикатор», выдающий точную информацию о силе магии, с проявлениями которой довелось столкнуться. В данном случае стрелка индикатора стояла на цифре 2, на черной половинке круглого «циферблата». Иногда она вздрагивала, пытаясь переползти на тройку, но на это достижение магии, заключенной в старинном зеркале, явно не хватало.